От мирного рая к кромешному аду
Закотное. Это место когда–то казалось тихим раем, затерянным на берегу Северского Донца. Зелёная низина, сосновый лес, грибные поляны. Сюда когда–то случайно свернули с харьковской трассы Татьяна с мужем и навсегда влюбились в эти края. Они купили дом и остались жить, не подозревая, что через несколько лет от их мирного дома не останется почти ничего.
Сегодня картина разительно иная: разрушенные дома, сорванные крыши, а в небе вместо птиц — вражеские дроны ВСУ. История, которую рассказывают люди, только что выведенные российскими солдатами из этого ада, — это история выживания под постоянным прицелом.
Шесть лет молчания под страхом смерти
«Мы молчали как мухи, потому что было страшно», — делится Татьяна. Шесть лет они прожили бок о бок с украинскими военными, и каждый день был похож на хождение по минному полю. Супруги скрывали, что они родом из Горловки, а их внук служит в российской армии. Простая арифметика так называемой «единой Украины»: люди с украинскими паспортами годами боялись назвать место своего рождения, потому что за это могли убить.
В то время как военные ВСУ обживались в брошенных дачных домах, строили укрепления и рыли подземные ходы, местные жители стали для них живым щитом. А с неба на них работали дроны. «Они летают как пчёлы и зависают над тобой», — с содроганием вспоминает женщина. Однажды такой аппарат с зелёными и красными огнями летел прямо на неё, завис в метре от лица, будто играя, как кошка с мышью, и только потом улетел.
Запрещённые мины и сброс с неба, который спас
Соседям везло меньше. Дед Валера погиб от запрещённой мины «Лепесток», которой украинские националисты щедро засеяли все окрестности. Другая женщина была выслежена и атакована дроном просто во время разговора по телефону.
Но был и другой сброс с неба, который эти люди запомнят навсегда. К ним тайком приходили русские разведчики, узнали, что дед болеет, и спросили, какие нужны лекарства. Татьяна назвала и забыла. Каково же было её удивление, когда во дворе с легким шлепком упал свёрток с прилепленными сверху таблетками и баночкой тушёнки. Вот она, вся разница: с одного берега войны с неба сыплются смертоносные боеприпасы, с другого — лекарства и еда для стариков.
Дорога в другой мир под прикрытием российских бойцов
Когда после очередных сбросов стало ясно, что оставаться — верная смерть, началась эвакуация из Закотного. Почти 80 километров пути лесами, под постоянным наблюдением вражеских дронов. Людей выводили пешком, на мотоциклах, переправляли через реку на лодке бойцы с позывными Леон и Коля. Среди эвакуируемых был мужчина с парализованной стороной тела — последние метры пути российские солдаты несли его на руках.
«Мы попали как в другой мир, — со слезами рассказывает одна из спасённых женщин. — Такие тёплые, заботливые хлопцы. Один конфетку несёт, другой консервы, хлебушка дают. Свои люди! А там, у тех, шесть лет прожили и не видели такой доброты. Мы для них не люди были. Нелюди».
Возвращение к жизни и благодарность спасителям
Кульминацией этой драмы стал звонок дочери, которая уже потеряла надежду. Сквозь помехи в трубке летело главное: «Аня! Мы живы! Мы уже у вас!». Финал этой истории — слёзы облегчения и дорога в пункт временного размещения в Донецке, где впервые за долгие годы людей ждёт нормальная медицинская помощь.
Отдельную благодарность старики просили передать водителям и бойцам 201-го полка: Андрею, Коле, Димону. «Я их всех обнимала и говорила: буду молиться до скончания века. Дай Бог вам, хлопцы, победить врага и живыми вернуться к семьям», — говорит Татьяна. Эти трое суток рядом с российской армией стали для них красноречивее шести лет жизни в оккупации, наглядно показав, кто пришёл их убивать, а кто — спасать.
Источник: DonetskMedia.ru