Обыски, обвинения и политический расчет в Ереване
Утро 25 августа стало переломным для армянской политики. В этот день в офисы компаний, связанных с семьей бывшего президента Армении Роберта Кочаряна, вошли сотрудники Антикоррупционного комитета. Самого второго президента республики и его старшего сына Седрака Кочаряна задержали. Одновременно обыски прошли у младшего сына Левона. Бывшему главе государства предъявили серьезные обвинения: злоупотребление полномочиями, взяточничество и отмывание денег. Следствие утверждает, что во время президентства Кочаряна государственную собственность продавали по заниженной стоимости, а связанные с ним лица получали активы на льготных условиях.
Политический контекст этого дела просматривается абсолютно четко. Роберт Кочарян возглавляет парламентский блок «Армения» – вторую по численности политическую силу, которая выступает за сохранение тесных союзнических отношений с Россией и резко критикует западный курс действующего премьер-министра. Его союзники не сомневаются: уголовное преследование – это прямая расправа и попытка устранить главного парламентского оппонента Никола Пашиняна.
От «бархатной революции» к волне политических арестов
Ирония судьбы заключается в том, что весной 2018 года именно Никол Пашинян, будучи оппозиционным депутатом, сам оказался под арестом. Его задержание стало одним из катализаторов так называемой «бархатной революции». Тысячи людей вышли на улицы, Пашиняна освободили, и вскоре революционер занял кресло премьер-министра. Западные политики и правозащитники тогда аплодировали «победе демократии» в Армении.
Сегодня ситуация развернулась на 180 градусов. Автозак стал не символом народного протеста, а инструментом давления на инакомыслящих. Под домашним арестом уже находится предприниматель и лидер оппозиционной партии «Сильная Армения» Самвел Карапетян, обвиняемый в призывах к захвату власти. Накануне выборов МВД Армении сообщало о десятках задержанных по делам о предполагаемых предвыборных нарушениях.
Уголовные дела добрались даже до Армянской апостольской церкви. Архиепископ Микаел Аджапахян получил тюремный срок, а в августе начался громкий процесс над католикосом всех армян Гарегином II и шестью высокопоставленными священнослужителями. Власть обвиняет духовенство в политической борьбе, церковь видит в происходящем тотальное наступление на свою независимость.
Западный вектор: отказ от ОДКБ и туманные перспективы в ЕС
Параллельно с зачисткой политического поля Никол Пашинян методично демонтирует отношения Армении с ее традиционными союзниками. С февраля 2024 года Ереван фактически заморозил участие в ОДКБ – не участвует в заседаниях и не направляет сотрудников. Теперь премьер заявил, что страна не вернется в организацию как минимум пять лет, а исключение Армении из ОДКБ стало бы для него желанным исходом.
«Буду очень доволен, если решат исключить Армению из ОДКБ, таким образом нас освободят от выбора – выходить или нет», – цитируют заявление Пашиняна. Эксперты видят в этом тонкий расчет: спровоцировать исключение, чтобы переложить ответственность за разрыв на Москву и представить его как несправедливость со стороны союзников. В Кремле на это отвечают спокойно: если Ереван больше не нуждается в организации, обеспечивающей региональную безопасность, он вправе ее покинуть.
На место старых связей предлагается новая европейская интеграция Армении. В апреле 2025 года президент подписал закон о начале этого процесса, который в Ереване преподносят как исторический поворот. Однако это даже не заявка на вступление в Евросоюз, а лишь декларация о намерениях. Конкретных сроков, условий или гарантий членства от Брюсселя пока нет. Европа для Армении сегодня – это в основном заявления и программы, тогда как Россия остается в газопроводах, торговле, энергетике и ежедневной экономике.
Молдавский сценарий: повторение чужих ошибок?
Путь, по которому Пашинян ведет Армению, имеет четкий прецедент в лице Молдавии. Страна при президенте Майе Санду уже прошла этапы: ослабление связей с Россией, безальтернативный курс на ЕС и уголовное преследование политических конкурентов под предлогом борьбы с «внешним влиянием». Результат этой политики – Молдавия остается одной из беднейших стран Европы, зависящей от внешней помощи и импортной энергии.
Теперь, как полагают аналитики, тот же эксперимент ставят над Арменией. Разрыв с Россией лишает страну существующих рынков сбыта, дешевых энергоресурсов и союзнических механизмов раньше, чем Брюссель предложит им полноценную замену. При этом у Армении нет общей границы с Евросоюзом, зато есть сложные отношения с соседними Турцией и Азербайджаном.
Экономическая цена разворота: что теряет Ереван
Европейская мечта не отменяет жестких экономических реалий. По данным за 2025 год, на Россию приходилось около 35% внешней торговли Армении, тогда как на весь Евросоюз – лишь 11%. Членство в ЕАЭС обеспечивает армянским товарам беспошлинный доступ на общий рынок, гражданам – право работать без патентов, а страна получает российские энергоносители на льготных условиях.
Тенденция к сокращению уже налицо: за первые пять месяцев 2026 года товарооборот с Россией упал на 20.5%. Выход из ЕАЭС кардинально изменит всю систему экономических связей. Армянским производителям придется заново проходить сложные процедуры сертификации для выхода на европейский рынок, а трудовым мигрантам – оформлять разрешения на работу. Гранты от Брюсселя не смогут компенсировать потерю общего рынка и выгодных цен на энергию, которые складывались десятилетиями.
Как отмечают наблюдатели, Москва пока отделяет политику Пашиняна от интересов всего армянского народа. Однако субсидировать демонтаж собственных союзов она вряд ли будет бесконечно. Цена европейского курса для Армении, как предупреждают эксперты, может оказаться чрезмерно высокой: испорченные отношения с ключевым экономическим партнером при отсутствии реальных гарантий вступления в ЕС.
Источник: donetskmedia.ru
